Dark Kingdom - Splinters of Souls

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Kingdom - Splinters of Souls » Жилые районы » Дом Джеймся Стивенсона


Дом Джеймся Стивенсона

Сообщений 1 страница 20 из 46

1

У массивных железных ворот остановилась черная машина с затемненными стеклами, было невозможно разглядеть, что за пассажир или пассажиры сидели в ней. Шофер вышел и торопливо отправился отпирать ворота. При открытии они слегка поскрипывали, скорее всего ими давно не пользовались. За воротами начинался небольшой парк, машина продолжила путь по тенистой аллее, и вскоре подъехала к небольшому дому в японском стиле. Дом находился на возвышенности, окруженный японским садиком. Водитель заглушил мотор и вышел из машины, невольно оглядываясь по сторонам, восхищаясь красотой и спокойствием этого места. Подошел к задней дверце и открыл ее, позволяя пассажиру выйти из машины. Это был мужчина среднего роста, больше похожий на юношу. В черных, облегающих брюках и темно-синей, слегка приталенной, рубашке, оттеняющей белизну его кожи и золотой, натуральный цвет волос. Молодой человек снял солнечные очки и осмотрелся по сторонам. По его лицу было не понятно доволен он или нет, увиденным. Он прищурил глаза, и надел очки. Шофер тем временем выгружал вещи из багажника.
Джеймс Стивенсон, именно так звали нового хозяина, "Логова Дракона", дома имеющего столь оригинальное название. Во многом явившееся одной из причин его покупки. К тому же уединенность дома от внешнего мира, подходила Джеймсу как нельзя кстати.
Но новый хозяин не спешил заходить в дом, он медленно обходил его, все дальше углубляясь в прохладу небольшого сада. Невероятная тишина и спокойствие, царили здесь, нарушаемые, лишь мелодичным журчанием серебряного ручейка и, пожалуй, пением птиц. Но это были такие приятные звуки, что уставшая от шума города душа впитывала их и наслаждалась ими. А затем он увидел ее… Пронзительные, синие, с черными зрачками, глаза, смотрели прямо ему в душу, и будто говорили "Я знаю кто ты." Огромная клыкастая пасть была разинута, до предела, из нее торчали огромные клыки и красный язык. Казалось, еще немного и она нападет, или извергнет столб пламени, сжигающий все на своем пути. У Джеймса перехватило дыхание, от такой правдоподобности увиденного. Только мгновение спустя он понял, что перед ним каменная, а не живая голова дракона. Но Джеймс, как загипнотизированный, смотрел в эти кровожадные, пронзительные глаза. Звук отъезжающей машины, заставил его прервать этот зрительный контакт. Волшебство исчезло, и теперь перед ним была всего лишь огромная каменная статуя дракона, застывшего в прыжке и безмолвном рыке.
Теперь стало понятно от чего у дома такое название. Закончив обход парка, так и не найдя больше ничего заслуживающего его внимания, Джеймс вошел в дом. Прихожая была наполнена ароматами дерева и травами. Джеймс снял туфли и поднялся по маленьким каменным ступенькам,  в помещение дома. Такой уютный, но одинокий, слишком походящий, на внутренний мир, своего нового господина.
  Где-то слышен звон колокольчика, отгоняющего злых духов от дома. Как Джеймсу хотелось бы верить, что этот звон сможет прогнать их и из его души.
Осмотр своего, очередного, нового дома, Джеймс всегда начинал со своего рабочего кабинета. Так как больше всего времени проводил именно там. Этот дом не был исключением, и Джеймс отправился на его поиски, ибо он был здесь впервые.

Отредактировано Джеймс Стивенсон (2007-02-28 14:44:52)

2

В доме было всего 4 комнаты, как уже успел убедиться Джеймс. В глубине дома находилась спальня. Небольшая комната, стены которой, как и, почти, во всем доме, были сделаны из решетчатых деревянных панелей, обтянутых полупрозрачной рисовой бумагой. Части стен были подвижны, тем самым, заменяя двери во всех помещениях. В спальне стояла низкая кровать и небольшой резной столик, около нее. За одной из перегородок обнаружился просторный шкаф, больше походивший на комнату. Пол в спальне был застелен татами. Кровать была накрыта черным шелковым покрывалом с вышитыми на нем разноцветными бабочками и цветами. На столике стояла на подставке аромолампа, в виде раскрывшегося цветка лотоса, и песочные часы. Видом спальни Джеймс остался доволен и, отодвинув очередную перегородку, он оказался в небольшой столовой.
  Она была освещена тусклым светом, пробивающимся сквозь бумажные перегородки. В середине комнаты стоял низкий, квадратный, широкий столик, вокруг которого лежали большие подушки древесного цвета, с вышивкой, и кисточками на уголках.
Лакированный паркетный пол, отражал обстановку, только место, где стоял стол и лежали подушки, было покрыто татами. Следующей комнатой была гостиная.
  Одна из стен в гостиной была облицована камнем, в нескольких местах, остальные участки стены были украшены картинами природы. На одной из них была изображена гора Фудзи в облачный день. В стене был камин, облицованный, неотшлифованным, серым и черным камнем, как и стена. Рядом с ним, аккуратно сложенной пирамидкой, лежали дрова. В гостиной было много света, из-за раздвинутых перегородок, открывающих вид в сад. Здесь мебели было значительно больше, чем в других комнатах. Напротив камина стояли два низких кресла, укрытых черной тканью с вышитыми, белым шелком, иероглифами. Низкий письменный стол, из красного дерева, слегка потертый временем. Он стоял прямо у стеклянной двери-стены, преграждающей путь в сад. Пол застелен ковровым покрытием, очень мягким и светлым. На потолке висела, белая люстра, с плафоном в форме квадрата. На столе стоял фонарик Акари, с проводом, ведущем к розетке в полу.
Все же не настолько оторванным от цивилизации было это место, раз здесь есть электричество, это очень хорошо.
В углах комнаты стояли большие вазы с бамбуком и веточками деревьев. На каминной полке, в ряд стояли несколько фигурок слонов, из слоновой кости, от самого большого до самого маленького. Около стола лежали большие подушки красного цвета.
Кухню, оказалось, просто найти, она располагалась с другой стороны несущей стены. Небольшое помещение, оформленное в современном стиле. Вся техника была встроенной, и отвечала всем потребностям человека. Далее располагались ванная комната, имеющая пристройку, в которой был небольшой бассейн. Горячий источник под открытым небом, построенный по желанию прежнего хозяина. Температуру воды можно было легко регулировать.
Обойдя свои владения, Джеймс остался доволен, он ничуть не ошибся в выборе дома. Своим кабинетом он решил сделать гостиную, она полностью удовлетворяла всем его требования к месту для творческой работы.
Необходимо разобрать вещи, потом немного отдохнуть и заняться делами.
Решив так и сделать, Джеймс отправился в прихожую, где шофер оставил его чемоданы.

3

Почему так холодно, холодно и темно. Хочется открыть глаза и не получается. Немой крик не разрывает липкие сети сна. Не проснуться, не закричать и не согреться. Теперь никогда не согреться. Картины из прошлой жизни, как яркие вспышки. Лица, имена, события. Все с бешеной скоростью проноситься перед глазами. Отзвуки сражение. Даже боль от полученных ран. Даже запахи реальны. Ты спишь и в то же время ощущаешь все, что с тобой происходит.
Это и дар и проклятье. Помнить все, что с тобой происходило за тысячи лет, и в тоже время не обладать силой, о которой сохранились такие яркие воспоминания. Но самое страшное помнить свою смерть, особенно если их было несколько. Но самое страшное, это помнить во всех подробностях вымораживающий холод вечного сна. Как воздух выходит из легких, а мороз пронзает тело, словно тысячи кинжалов. Быть полностью парализованным и в то же время понимать, что с тобой происходит. Но самое страшное, что от него нельзя проснуться. Нельзя было. Но не теперь. Теперь Джедайт просыпался, когда хотел, вернее, как только воспоминания становились, слишком реальны и ощущения от них болезненны.

Вот и сейчас он проснулся, как только почувствовал, как тот страшный сон подбирается к нему. Напоминая о холоде и боли. Для него теперь это всего лишь ночной кошмар. Теперь, когда вся память полностью проснулась. Лорд Джедайт предпочел бы не помнить ничего. Слишком мучительны были эти воспоминания.
Магических сил у него не было. И возможно, никогда не будет. Теперь его зовут Джеймс Стивенсон. Жизнь этого человека, Лорда вполне устраивала. Он продолжал писать книги, денег у него было достаточно, для беззаботной жизни. Теперь есть дом, в уединенном месте. Где, он надеялся, прошлое его никогда не найдет. Сам его найти он не стремился, или просто убеждал себя, что не стремится.
Джеймс встал с кровати и отправился в гостиную. Разжег камин и устроился на мягком коврике около него. Его трясло от холода, теперь он согревался только у огня. Джеймс держал руки над оранжевыми язычками пламени, надеясь, что они смогут прогнать холод из его тела. О своей душе он сомневался.
Немного придя в себя, после кошмара, он пошел на кухню, заварить себе чай. Сна сегодня для него достаточно.
Он вернулся в свою гостиную-кабинет. В ней было тепло от горящего камина. Отблески пламени плясали на стенах комнаты. Джеймс удобно устроился на одной из подушек около столика, вытянув под ним ноги. Открыл ноутбук, который еще по приезду, установил здесь. Включил настольную лампу – фонарик. Он все не мог закончить свою последнюю книгу. Концовка была слишком надуманна. Джеймс стал перечитывать последнюю главу, может можно, что-то изменить в ней.

Отредактировано Джеймс Стивенсон (2007-03-06 17:00:29)

4

Джеймс сидел в маленькой, уютной беседке в саду, и наслаждался тишиной и умиротворенностью сада. Он не спеша пил свой любимый напиток -. кофе со сливками и корицей. И предавался воспоминаниям.
Приятным воспоминаниям. Он даже сам был удивлен, что в его прошлой жизни было, что вспомнить хорошего. Отрывки воспоминаний, по кусочкам, складывались в целые события, иногда казалось, что больше и вспомнить невозможно. Иногда события мелькали так хаотично, что было и не уловить их смысл. Но постепенно, все новые и новые воспоминания о его прошлой жизни, вызывали на его лице совершенно неуместную улыбку. Он сам этого, не понимая, пытался вспомнить даже то, чего возможно на самом деле никогда и не было. Но ему так отчаянно хотелось поверить, что это все-таки было.

5

Вот и сейчас держа чашку с горячим напитком в руках, его взгляд был устремлен в даль. Ветер, играл его короткими золотыми волосами, погода была солнечная. Но в саду, в тени деревьев было так тихо и спокойно. Если бы такое умиротворение было в его душе.
Прошел месяц, как Джеймс вернулся в Японию. Жил в своем новом доме, и пытался закончить свою последнюю книгу.
Но, что-то было не так. Его не покидало чувство надвигающийся опасности. И кажется, с чего бы ему волноваться. Воспоминания о прошлом не давали покоя. К состоянию постоянной тревоги, примешалось чувство потери. Он и сам не понимал, почему. Его вполне устраивала жизнь человека, жизнь Джеймса Стивенсона. Замкнутого, необщительного. Даже самым близким, которых было очень мало, он никогда полностью не мог раскрыться. А иногда, так хотелось. Хотелось рассказать о том, кем он был когда то. О всех своих победах и поражениях. И даже, даже…..
Джеймс тряхнул головой, и челка упала на глаза. Нет, о таком он никому, никогда не расскажет. Слабость это непозволительно. Демон Джедайт не имел право испытывать такие чувства, не имел права и Джеймс вспоминать о них.
Джеймс покинул беседку, и  отправился вдоль песчаной тропинки вглубь парка, к таким пленившим его хищным глазам

6

Домой Джеймс вернулся, когда совсем стемнело. Сад освещали маленькие электрические фонарики, размещенные по всей его территории.
Домой идти совершенно не хотелось. Ночь была звездная и очень теплая, хотя Джеймс и чувствовал небольшой озноб. Он присел на ступеньки, ведущие в дом, и облокотившись спиной на стену, стал наблюдать за звездами.
Звезды, они напоминали ему, о его прошлом, о Нем. Если бы все можно было вернуть, или исправить ошибки. Знать, что все может закончиться вот так. Одним мгновеньем. Неверный ход и Вечный Сон. А стоит ли помнить все те события?
От мрачных мыслей, Джеймса отвлек зазвонивший сотовый телефон.
Отвечать совершенно не хотелось, ибо звонил его издатель. Вот уже несколько недель ждущий от Джеймса последние главы новой книги.
- Ай, если не отвечу, ведь не отстанет, совершенно занудный тип. – Вслух выругался он.
Достал из кармана телефон и нажал на кнопку "принять вызов"
- Алло. Да я вас слушаю.
- Да здравствуйте  - Издатель, что-то без остановки говорил в трубку. Его слова были так неразборчивы, что Джеймсу периодически приходилось разговаривать по-японски. 
- Вы хотите завтра приехать, хорошо. Да лучше во второй половине дня. Да, сможете забрать еще одну главу. Да разумеется. – Более утомительного человека Джеймс не встречал. Что ж. Может оно и к лучшему, необходимо быстрее закончить эту книгу.
- Жду вас завтра, до свидания. – И не дожидаясь ответа, Джеймс повесил трубку.
Джеймс поднялся со ступенек и вошел в дом.
- Так, сначала ванна. Потом за работу.  – говорил он сам себе. И отправился в ванную комнату.
Уже поздно ночью, он сидел в гостиной, освещенной лишь отблесками огня из камина, да голубым светом, от монитора ноутбука, Джеймс заканчивал очередную главу своей книги.
Поставив последнюю точку, он снял очки, и потер переносицу.
Завтра будет сложный день, необходимо отдохнуть.
Он выключил ноутбук и отправился в спальню. Лег в кровать и быстро уснул.

7

Джеймс проснулся, от ярких солнечных лучей, проникающих через не плотно сдвинутые окна-перегородки. На маленьком прикроватном столике во всю звенел будильник. Джеймс, поспешил выключить этот раздражающий предмет и нехотя поднялся с кровати. Время подошло к полудню. И скоро должен был приехать Мистер Аянокоджи. Отдать ему допечатанную главу, и пусть поскорее уезжает. Этот человек слишком утомителен, даже для своей работы. Главное не забыть распечатать дописанную главу. С такими мыслями, еще сонный Джеймс отправился приводить себя в порядок.
Время пролетело незаметно, пока Джеймс занимался своими делами. Он услышал звонок домофона, извещающий его, что к воротам подъехала машина. Естественно это был издатель. Как всегда, что-то тараторивший в трубку. Джеймс даже не стал его слушать. Просто нажал  на кнопку, что бы ворота открылись. Через несколько минут, машина затормозила около дома, и Джеймс услышал, как хлопнули двери. Странно, он, что не один.
Джеймс спустился к входной двери, но открыв ее увидел лишь пожилого, небольшого роста японца.
- Мистер Аянокоджи, прошу вас, проходите.  – Издатель, поприветствовал Джеймса в традиционной японской манере, поклонившись. Снял ботинки и прошел вслед за Джеймсам в гостиную.
- Господин Стивенсон-сан, я приехал забрать последнюю главу.
- Да, я в курсе, она уже распечатана. Так, что если хотите, можете с ней ознакомиться. – И протянул ему папку с распечатанными листами. Издатель явно нервничал, но Джеймс не придал этому значения. Он привык к такому поведению, со стороны этого человека.
Слишком быстро просмотренная глава, и вот уже издатель кланяется и прощается с Джеймсом.
- Я что так сильно задумался, что не заметил, как он ее просмотрел. Ай, ладно. Потом еще не один раз позвонит, и будет задавать совершенно нелепые вопросы.
Джеймс проводил Аянокоджи до машины, проследил, как машина доехала до ворот, и открыл их, нажав на кнопку управления. Затем, решив немного прогуляться, отправился в сад.
И вот он опять стоял возле каменной драконьей головы и пытался понять, что же такого притягательного в ней. Его воображение рисовало огромного живого дракона, вот так склонившегося перед ним, теперь уже простым смертным. Как бы ему хотелось коснуться, подойти ближе и подчинить себе. Чтобы это невероятное существо служило ему.
Джеймс сам рассмеялся своим мыслям.
- Как же. Забавная была бы картина. Каменная голова дракона, на службе у бывшего демона. Ха-ха. Нет, это даже не смешно, а просто очень смешно. - Хотя смеяться совершенно не хотелось.
От таких вот рассуждений его отвлек шорох и чьи-то шаги. Он стал оборачиваться по сторонам, и искать источник этих шагов.

8

--->Квартира Лиаха "Катце" Шенно --->Издательство

Лиах приехал с довольно большой сумкой. Но в ней были не личные вещи мужчины, который, только когда увидел из окна дом и сад окружающие его, решил остаться здесь на пару дней. Нет, в ней были три бутылки текиллы. Катце усмехнулся, вспоминая, как выслушивал брюзжания по этому поводу от издателя.
- Стивенсон-сан любит уединение, - продолжал вздыхать Аянокоджи. - Ему очень не понравиться этот неожиданный визит.
- Успокойтесь, Аянокоджи-сан. Все будет в порядке. Вы заберете последнюю главу, а уж я сам устрою сюрприз своему другу, - Катце сладко улыбнулся. - И не беспокойтесь. Мне он всегда рад. Не сомневайтесь, - "И ты, рыжий разбойник, тоже не сомневайся. Мало ли почему он тогда уехал", - Лиах отогнал неприятные мысли и снова посмотрел в окно. Место было удивительно спокойным и прекрасным.
Когда издатель скрылся в доме, Лиах перехвател сумку удобнее и отправился прогулятся по саду. Место было действительно в духе Джеймса, и парень с удовольствием исследовал укромные уголки, смакуя иллюзию того, что таким образом узнает о своем друге чуточку больше. Ведь наверняка Джеймс не на абум приобрел дом в таком месте. Как там сказал Аянокоджи-сан? "Логово дракона"? Зная традиции японцев, Лиах с интересом искал этого самого дракона, смеясь про себя, что настоящий дракон здесь точно поселился. Ему повезло. Видимо издатель очень быстро закончил здесь дела и уже уехал от греха подальше, так что Лиах нашел сразу двух драконов.... правда один из них говорил о демонах.
- Ну, Джеймс, почему же бывшего? Или ты настолько изменился за те несколько лет, что мы не виделись? - Катце вышел на дорожку ведущую к голове дракона, настолько эффектно выполненой, что Лиах даже чуть позавидовал умению мастера, что создал это произведение искусства.

Отредактировано Шенно Лиах (2007-06-03 22:10:40)

9

"- Ну, Джеймс, почему же бывшего? Или ты настолько изменился за те несколько лет, что мы не виделись?" – Этот голос не узнать было невозможно. Слишком много воспоминаний, воспоминаний из жизни Джеймса Стивенсона, было связано с этим голосом. Хороших воспоминаний. Шенно Лиах. Его единственный друг, единственный человек, которого Джеймс подпустил к себе настолько близко, на сколько это было возможно для бывшего демона подпустить к себе человека. Они не виделись несколько лет. Тогда Джеймс ничего не сказал другу, о своем отъезде и просто исчез не оставив своего адреса. Ничего. Он уже и не надеялся увидеть его снова. И вот сейчас, Лиах стоит перед ним и разговаривает так, как будто, они только вчера расстались. Поэтому, из всех многочисленных вопросов, которые хотелось задать Джеймс, спросил только одно
- Вот так всегда ты ко мне подкрадываешься, тихи и не заметно. – это прозвучало немного глупо, учитывая, что они не виделись столько лет. И говорить сейчас должны были совершенно о другом. И все же…
–  Знаешь, а я скучал. – Сказав это Джеймс подошел к Лиаху и обнял его. – Давно не виделись, а ты совсем не изменился.

10

Лиах смеялся. Смеялся радостно и открыто, обнимая друга и несильно хлопая его по спине.
- Ну, должен же я оправдывать свое прозвище, - голос Катце был глубоким, а глаза сияли, когда он взял Джеймса за плечи, чуть отстраняя и заглядывая в лицо. - А вот ты изменился, - интонации прозвучавшие в голосе мужчины наводили мысли о подвохе. Глаза хитро сощурились, - раньше ты был более веселой букой, - радостно сообщил Лиах и снова, рассмеявшись, обнял Джеймса. - Но я все равно очень рад тебя видеть, пройдоха, - наверно именно в этом был успех Катце в легком общении. Мужчина никогда не держал на кого бы то нибыло зла или обиды. Прошлое - это прошлое. А если друг так искрене говорит, что скучал, значит выяснить где он пропадал и почему уехал еще успеется. А сейчас следует радоваться настоящему. Лиах таки оторвался от Джеймса и, улыбаясь во все свои 32 зуба, хлопнул писателя по плечу. - Так что давай отметим твое возвращение, Джеймс, - Катце наклонился ближе к лицу блондина. - За твои выходки, я бы сказал, что проставлятся надо бы тебе, - вкрадчиво начал шатен, - но как-то я сомневаюсь, что ты в доме держишь что-нибудь кроме вина, так что привез текиллу.

11

Да, Лиах, этот котяра совершенно не изменился. все так же бесцеремонно врывается в жизнь Джеймса, и при этом, самого Джеймса это нисколько не раздражает. Нет, это просто невероятно.
Парень приблизил свое лицо, к лицу Джеймса. И стал что-то говорить. Джеймс уже не вслушивался в его слова.
Дышать вдруг стало тяжело. Сейчас, как никогда, Лиах напоминал ему, о том, кого он когда-то давно , возможно, любил. Возможно именно это сходство, с тем другим, и стало причиной, почему Джеймс начал общаться с этим непосредственным и отчаянным искателем приключений.
Сейчас его лицо было так близко, что сделай Джеймс шаг вперед, и можно дотянуться до таких притягательных губ, заглянуть в эти глаза. Так хотелось почувствовать снова, каковы эти губы на вкус. Почувствовать тепло рук. Нет, нет. Это невозможно, Джеймс потряс головой, отгоняя ненужные мысли. Одумайся, это твой друг, это не ОН. Ты просто как всегда, хочешь увидеть то, чего больше нет.
  Джеймс глубоко вздохнул и произнес слегка дрожащим голосом.
- Текила, ты привез текилу. Почему я не удивлен, даже и не знаю. А вот у меня как раз дома где-то в холодильники есть несколько лаймов. Как думаешь, я предвидел твое появление. Что же. Идем пить, полагаю, надо отпраздновать встречу. – и уже более уверенно. – Потом я тебе здесь все покажу.
Взял Лиаха за руку и повел в направление дома.
- Идем, идем. Вспомним студенческие годы. – Только бы уйти из этого места, и пить, пить, пить, пока все воспоминания о прошлом не сотрутся и не превратятся в пустоту. Хотя в такой исход верилось с трудом

12

Лиах перехватил руку Джеймса в свою другую и, обняв парня за плечи, притянул к себе. Настроение у Катце повысилось, а все сомнения рассеялись. Когда он только вышел на дорожку и произнес свою первую фразу, он еще боялся, что Джеймс не оценит его неожиданного появления, но теперь волноваться причин не было. И неожиданно Лиах понял, что все его волнения были глупостью, ведь похоже подсознательно Джеймс все же ждал его, даже если и не позвонил, когда приехал.
- Наверно я просто предсказуем в своей непредсказуемости, что конечно меня не красит, но что позволило тебе предвидеть мое появление, - рассмеялся Лиах, взъерошивая золотые, мягкие волосы. - А лаймы, это хорошо, а то я о них как-то забыл... как всегда впрочем, - Катце подмигнул Джеймсу.
Да, студенчиские годы были на самом деле не так уж и далеко, а теперь Лиаху казалось, что они и не заканчивались. И не важно, что у него самого сейчас бизнес со своими взлетами и падениями, а у Джеймса во всю расцветает карьера писателя. Нет, они на самом деле все теже мальчишки-студенты, что кутили ночами напролет. Что и собирались вспомнить и осуществить.

13

Когда опустела вторая бутылка Текилы, Джеймс понял, что пьян. Такого с ним давно не было. Вероятнее всего усталость, и желание забыться, привели к такому результату.
Вот уже часа три они сидели с Катце и пили. Пили и пили. Наверное, все же не стоило столько пить, Завтра наверняка будет болеть голова, хотя это такая мелочь. Главное, можно будет ни о чем не думать, хоть, какое то время. Не думать получалось не особо, рядом с ним был человек, чертовски похожий на Него. Так похожий, что просто находиться рядом с ним было тяжело. Хотелось что-то сделать, что-то определенное.

Джеймс мысленно начал ругать себя, за такие мысли. Но остановиться уже не мог. Они сидели, напротив друг друга, у камина, на мягком ковре, в виде шкуры животного. Комнату, тусклым светом, освещал настенный фонарик, в дальнем углу. Лиах воодушевленно что-то рассказывал Джеймсу, о своих последних приключения, толи на любовном, то ли на деловом поприще. Джеймс уже не вслушивался в смысл сказанного, он внимательно рассматривал своего друга, которого столько времени не видел.
В комнате было практически темно, Джеймс пытался уловить выражение глаз Лиаха. Ему казалось, что тот смотрит слишком внимательно на него. Что не сочеталось с легкостью разговора, который он вел. О чем можно думать, когда на тебя смотрят такими глазами, сопротивляться просто не было сил.
Джеймс медленно передвинулся ближе к Лиаху, и заглянул прямо в его глаза. Тот замолчал, и посмотрел на него в ответ. В считанные секунды Джеймс преодолел оставшееся между ними расстояние, и накрыл его губы своими. Поцелуй получился немного смазанным. Джеймс, испугавшись своего порыва, тут же отпрянул и снова посмотрел в глаза. Конечно, в университетские годы, между ними часто бывали такие вот поцелуи. Но, зачастую это происходило, как и сейчас не на трезвую голову. Но дальше никто из них зайти не пытался. А вот сейчас Джеймс абсолютно не знал, что ему делать. И в тоже время бездействовать не хотелось, а вот продолжения очень даже хотелось…
Решив это для себя, Джеймс наклонился и снова поцеловал Катце, тот ответил ему с не меньшем энтузиазмом, и в следующее мгновение Джеймс был прижат спиной к мягкому ковру и отвечал на яростный, всепоглощающий поцелуй, в котором хотелось раствориться и не думать не о чем. Джеймс закрыл глаза, все его мысли были сосредоточены на губах, уже покрывающих поцелуями его шею

14

Когда лицо Джеймса оказалось настолько близко, Катце замолчал, моментально забыв о чем говорил. Взгляд друга был пристальным и каким-то .... Лиах не мог подобрать слов, но чувствовал, что от такого взгляда мысли, да и вообще работу мозга заклинивает.
Катце еще не был пьян. Во всяком случае с того момента, как они приступили к празднованию возвращения Джеймса, выход его новой книги и воспоминаниям о "давно минувших днях" (и не важно, что они минули каких-то пару лет назад ... ну может чуть больше), парень еще ни разу не поднимался, а потому чувствовал себя вполне трезвым ... и опять же не важно, что при этом язык чуть заплетается. Они действительно поговорили о студенчиских годах, вспоминая своих знакомых и одногруппников, с многими из которых сейчас Катце работал, а потому мог рассказать массу интересных баек. Они даже подисскутировали по поводу вышедших за период их необщения книг Джеймса.... Но все же Джеймс похоже не собирался рассказывать почему он тогда исчез. Катце трепался без умалку, задорно улыбался и незаметно наблюдал за другом, подмечая любые мельчайшие движения, пытаясь понять. Впрочем как и всегда. Пытаясь понять, что же все-таки происходит там, в глубине этого человека.
Пристальный взгляд голубых глаз и немного смазанный поцелуй наконец убедили Лиаха в том, что он пьян. Во всяком случае очертания комнаты поплыли, а вот Джеймс перед глазами стал каким-то четким и ярким. И мысли радостно разбежались, как раз в тот момент, когда Джеймс снова и уверенно поцеловал его. Катце ответил. Эти редко улыбающиеся губы часто сводили его с ума. Вот и сейчас Лиах ответил яростно и жарко, опрокидывая-укладывая Джеймса на ковер, подминая под себя, лаская губы, сталкиваясь и дрозня язычок. И не задумываясь над тем, почему из него вырывается столько страсти, которую он готов обрушить на мужчину, которого уже давно считал другом.
Оторвавшись от губ, Катце поцелуями очертил подбородок и спустился к шее. Прихватил губами венку, что так дразнилась, и оставил слегка заметную отметину. Царапнул кожу зубами, снова начал покрывать шею поцелуями, блуждая ладонями по телу Джеймса, поднимаясь по бокам и заводя руки парня ему за голову, переплетя пальцы. На грудь что-то надовило. Туман чуть рассеялся, и Лиах, тихо рассемявшись, поцелуями поднялся по шее к мочке уха. Прикусил ее и прошептал, чуть задыхаясь.
- У меня же для тебя подарок есть, - Катце зарылся носом в золотые волосы, губами лаская край ушка.

15

В голове не было ни одной мысли, Джеймс полностью отдался ощущениям. Прикосновению горячих губ, дыханию, обжигающему кожу. Хотелось стонать от удовольствия. Он закрыл глаза и просто плыл, плыл куда-то по течению. Из этого сладкого дурмана его вывел, охрипший шепот Лиаха.
- У меня же для тебя подарок есть, - Отвечать ничего не хотелось. Не открывая глаз, и продолжая таять, от ощущения тяжести другого тела на себе. Он сказал первое, что пришло ему в голову.
- А нельзя ли вручить его завтра, мне кажется, я сегодня не в том состоянии, что бы оценить всю его красоту и уникальность – Джеймс старался, как мог произнести всю фразу четко, и не запинаясь. Его голос охрип, почему-то хотелось пить. Он удивлялся сам себе, его совершенно не смущала ситуация, что вот сейчас его единственный друг, с которым их связывали только дружеские чувства, лежит на нем и пробует на вкус мочку его уха, при этом абсолютно по собственнически прижимает Джеймса к полу и его намерения, абсолютно ясны и понятны. Нет, Джеймс был вполне не против продолжения, но ситуацию просто необходимо прояснить.
Он нехотя открыл глаза и посмотрел в глаза Лиаху. Который, оторвавшись от покусывания его ушка, тоже смотрел Джеймсу прямо в глаза. Он смотрел на Джеймса слишком пристально, как будто спрашивал что-то. А  вот Джеймс просто не знал, что ответить на этот не озвученный вопрос. Туман в голове медленно рассеивался, и Джеймс предпринял попытку высвободить свои руки.

16

Лиах лежал на Джеймсе так, что его бедро покоилось между ног Стивенсона. Шенно чуть шевельнулся, понимая, что начинает возбуждаться... и что еще немного, и это поймет и Джеймс. Ситуация немного пугала и щекотала нервы. Мужчина вспомнил, как они познокомились, и снова усмехнулся в золотые локоны, пахнущие цитрусами, напоминая запах масла "Иланг-иланг", что Катце добовлял в аромо-лампу у себя в квартире .... Или все же это в течении двух лет "Иланг-иланг" напоминал тебе о Джеймсе?
От негромного, хриплого голоса, что так медленно и при этом четко произносил слова, у Лиаха мурашки удовольствия пробежали по спине. Напоследок несильно подув на ушко, Катце все же оторвался от своего увлекательного занятия и посмотрел в лицо Джеймса. На щеках блондина образовался легкий румянец, а взгляд был чуть рассеянным и темным из-за расширевшегося зрочка.
- Знаешь, - прошептал Катце снова наклоняясь и невесомо целуя губы Джеймса, не давая ему прийти в себя окончательно, - ты прав, - снова поцелуй: остый язычек быстро пробежал по верхней губе, - лучше отложим ... вручение ... на завтра, - Лиах говорил с придыханием, между словами посасывая нижнюю губу. Отпустил одну руку писателя и, проведя пальцами от кисти, по предплечию и плечу, вытащил из нагрудного кармана бархатный футляр и, глядя в глаза друга, отложил его в сторону, к одиноко оставленным бутылкам, - два года ждал, так что ночь переживет, - добавил негромко мужчина, чуть заметно пожав плечами, и накрыл губы Джеймса поцелуем: медленным и нежным.

17

Проследив путь бархатной коробочки, Джеймс пытался привести остатки здравых мыслей в порядок. Он вдруг четко понял, что если вот сейчас он не остановится, то потом будет уже поздно. Тем временем Катце, продолжал своими действиями убеждать его, что не стоит задумываться над этим сейчас. Совсем не стоит.
Джеймс решил, что вот так просто лежать и лишь отвечать на ласки друга, слишком банально. Он решил перейти к ответным действиям. Пока Катце, целовал его, Джеймс свободной рукой, притянул его за шею, углубляя поцелуй. Затем, на ощупь  потянул за один из концов ленты, стягивающей волосы друга, освобождая это великолепие из ее плена. Он запусти пальцы в волосы, касаясь ими шеи, и стал медленно поглаживать затылочную часть, как бы невзначай соскальзывая ими под ворот рубашки, ужасно мешающей ощутить гладкую кожу спины. Губы уже начали болеть от столь долгого поцелуя. У Джеймса слишком давно никого не было, и он уже просто не мог сдерживать себя.
Он выгнулся, на встречу сильному телу, пытаясь дать понять, что от поцелуев, нужно переходить к более серьезным действиям. Так как вторая его рука находилась в плену сильных пальцев Катце, Джеймс свободной принялся расстегивать пуговицы на рубашке Лиаха. Но левой рукой это было не совсем удобно делать. Он попытался слегка изменить положение, в котором находился. Это, оказалось, довольно трудно сделать. И вот когда рубашка, наконец, была снята, правда с потерей нескольких пуговиц, это точно, и на спине у Катце уже стали видны следы от ногтей, а ноги Джеймса, обхватывали его талию, так, что скрыть, что оба они были возбуждены, до предела, было невозможно. Джеймс уже практически не контролировал ситуацию, хотя такое старался не допускать даже в постели. Хотя сейчас он ее и не хотел контролировать. Это лишь доказывало, что Джеймс доверяет Катце. Поэтому он прервал поцелуй, и прочертив губами влажную дорожку к уху Катце. Стал медленно исследовать язычком, такую соблазнительную мочку ушка, слегка прикусил ее, и затем , хрипло прошептал. – Я хочу тебя. Сегодня и сейчас. Я говорю тебе – Да!
  И прижался еще сильнее к Лиаху, что бы дать почувствовать, на сколько сильно его слова, правда.

18

Джеймс углубил поцелуй, превращая его из медленного и нежного, в страстный и жаркий. Джеймс углубил .... Джеймс... В голове Катце стало звеняще-пусто, а тело все наполнялось и наполнялось возбуждением. Парень чувствовал руку Джеймса то у себя в волосах, то на шее, но вторую отпускать не спешил, переплетая пальцы, чувствуя как они судорожно сжимаются. Свободной рукой Лиах провел по боку блондина и наконец запусил руку под футболку, лаская кожу спины и бока, полностью сосредотачиваясь на своем партнере.
Джеймс довольно быстро избавил его от рубашки, заставив наконец отпустить правую руку, и Катце гортанно зарычал-застонал, прижимаясь к писателю сильнее, запуская обе кисти под футболку, поглаживая широкими ладонями то торс друга, то его бедра, лежащие уже на талии Катце. Поцелуй прервался, и мурашки пробежали от самой шеи до пяток, когда Джеймс укусил его за мочку.
- Я хочу тебя. Сегодня и сейчас. Я говорю тебе – Да! - хриплый голос, полный желания, и соприкосновение возбужденных членов даже через одежду, окончательно снесли крышу у Катце.
Лиах впился очередным поцелуем-укусом в шею Джеймса, оставляя засос, потом лизнул пятнышко, и опустился ниже, к основанию шеи. Футболка, да и одежда вообще мешали, и парень потянул ее вверх, заставляя Джеймса прерваться, снова закинуть руки за голову. Ворот зацепился за нос блондина и футболка "связала" его руки. Катце не спешил снять окончательно эту деталь одежды, дрозня припухшие губы Джеймса своим дыханием и мимолетными касаниями. Второй рукой Лиах ласкал грудь Джеймса, задевая большими пальцами соски. Наконец мужчина не выдержал сам, и прижался обноженным торсом к обнаженному телу партнера, обнимая его одной рукой. Снова завлядел губами Джеймса, ловя в плен его язык, посасывая и лаская его. Футболка полетела в сторону, освободив писателя.
Катце прервал поцелуй и спустился по шее к ключицам. Провел по ним языком, вернулся к ямочке поцелуями. Катце старался не пропустить ни один милиметр восхитительной кожи, исследуя ее губами и языком. Добрался до правого соска и, прикусив, обхватил губами и начал посасывать, в тоже время иногда задевая второй и поглаживая бедро, периодически сжимая ягодицу. Желание избавить Джеймса, да и себя за одно, от штанов, заставило Лиах отпустить любовника. Отпустить и поднятся над ним, нависая, опираясь на колени и ладони. Посмотреть в лицо, опуститься взглядом по шее и груди, задержаться на животе. Не выдержать и наклониться, что бы поцеловать кожу у пупка, щекоча тело распущенными волосами. Снова посмотреть в лицо, и занятся левым соском. Покусывать и облизывать его, пока непослушные пальцы расправляются с пуговицей и молнией. И когда они наконец поддаются, запустить туда кисть и обхватить возбужденную плоть пальцами, подвигав рукой вверх вниз.

19

Что я делаю? …Что он делает? …Это просто невероятно. Это так хорошооо!  Мыслить логически просто не получалось. Особенно под плотоядным взглядом Катце. Все эти ласки и поцелуи сводили с ума. Когда Джеймс почувствовал руку Катце, на своем члене, с его губ сорвался полукрик - полустон.
- Ты …так …настойчив… Катце? – говорить было тяжело, Джеймс просто задыхался от страсти и желания – Аг-ха! Можно подумать, …ты специально напоил меня, что бы …ммм… затащить в пастель.  – и засмеялся, тихим, больше похожим на хрип, смехом. Обе руки были свободны, и Джеймс исследовал ими рельефы сильного тела, наслаждаясь ощущениям шелковистости кожи под пальцами. Вот так ладонями, вверх вниз, по позвоночнику, иногда соскальзывая на подтянутые бедра и обратно до шеи. Иногда, чуть сжимая и слегка царапая нежную кожу на спине, оставляя красные полосы. И опять погладить, успокоить. Джеймс решил, что пора бы и ему что-то предпринять. И подтянув к себе за плечи Катце, уверенно начал целовать его, слегка покусывая губы, отвечающие ему. Оторвавшись, на мгновенье, произнес прямо в губы Катце.
- Ммм, знаешь, что мне всегда хотелось узнать, а? – при этом посмотрев в глаза другу плотоядным взглядом. И не дожидаясь ответа, воспользовался одним из приемов в Кендо. И теперь сидел на ногах Катце, с торжественной улыбкой. Его руки теперь изучали мускулистую грудь, слегка задевали соски.
Вскоре, губы Джеймса последовали за его пальцами. Он стал медленно спускаться по груди. Целуя и прикусывая нежную кожу. Уделил внимание сначала правому соску затем левому. При этом его руки продолжали жить своей жизнью. Между поцелуями и оставлениями засосов, Джеймс продолжил говорить.
- Мне – прикусил тонкую кожу около пупка – всегда – лизнул след, оставленный зубами, - хотелось –руками расстегивая застежку брюк, а губами двигаясь все ниже и ниже к заветной цели. – попробовать – облизнув губы, Джеймс вскинул голову и посмотрел прямо в затуманенные страстью глаза Лиаха – тебя – запустил руку в брюки и стал ласкать рукой горячую, возбужденную плоть. – на вкус. – С этими словами Джеймс высвободил член Катце из брюк, явно мешающих, и прикоснулся к нему губами, слегка подув на самый кончик. Затем лизнул , проведя языком от основания до самого кончика и полностью взял его в рот.

20

Катце застонал, выгибаясь и откидывая голову назад. Отвечать Джеймсу на вопросы мужчина не видел смысла. Ну не прирываться же и не начинать откровенный разговор о том, что же в первый раз зацепило его в писателе? Да и не ждал блондин от него ответов ... учитывая его действия.... А действия, надо сказать, были самыми нужными.
- Это ... я ... настойчив? - выдохнул Катце, немного справившись с первой волной эмоций и посмотрев на Джеймса. Зрелище того, как его член исчезает во рту друга и появляется обратно завораживало своей красотой и откровенностью. Катце снова застонал, откидывая голову, поддаваясь бедрами навстречу, зарываясь пальцами в длинный ворс (мех?) ковра. Надо будет поговорить ... обязательно поговорить ... - маячила мысль, не сформировывавшись до конца. Подушечки пальцев ныли от возбуждения и невнимания, и Катце почти не осознано провел ими по своему бедру, на краю сознания вспоминая, что они так и не разделись до конца, задел щеку Джеймса, едва уловимо погладил ее, провел по коже к уху и зарылся в золотые волосы, легко массируя кожу головы, перебирая локоны. Не принуждая, не вмешиваясь, просто лаская на грани сознания. Хотелось ускорить темп, но Катце сдерживался, наслождаясь пыткой, выгибаясь.
- Стой, - прохрипел Лиах, чувствуя, что еще немного и кончит. Щека Джеймса покоилась в его ладони. - Подожди, - мужчина приходил в себя, хотя Джеймс всячески препядствовал этому, издевательски играя своим шаловливым язычком. - Будет ... печально ... если все ... закончиться так ... быстро, - Лиах усмехнулся. Получилось немного плотоядно и ненасытно. Во всяком случае так он заканчивать вечер не собирался.
Катце притянул Джеймса к себе, целуя в висок, щеку, уголок губ. Перевернул партнера, снова подмяв под себя. Двигаться было немного неудобно, но Лиаха это не остановило. Оставив поцелуй на шее, груди, Катце все же поднялся, прищурившись наблюдая за любовником, и, запустив ладони под ризинку трусов, осторожно высвободил возбужденный член Джеймса (при этом погладив его), стягивая с него плавки вместе со штанами. Поднялся на ноги и медленно разделся сам, не отрывая взгляда синих глаз от голубых любовника.


Вы здесь » Dark Kingdom - Splinters of Souls » Жилые районы » Дом Джеймся Стивенсона